Башни света

Всемирный день борьбы против рака ежегодно отмечается 4 февраля. В течение трёх лет (с 2025 по 2027 гг.) он проходит под девизом «Объединены уникальностью», что подчеркивает персонализированный подход к лечению: опыт каждого онкобольного формируется его собственными медицинскими, эмоциональными, социальными и культурными обстоятельствами

К этой дате в Москве было приурочено два мероприятия: Х церемония награждения премией «Будем жить!» и пресс-конференция руководства НМИЦ онкологии им. Н.Н.Блохина.

Ежегодная премия «Будем жить!»  учреждена Всероссийской ассоциацией помощи онкологическим пациентам «Здравствуй!». Как и в прошлые годы (см. «МГ» № 6 от 14.02.2024 г. и №6 от 12.02. 2025 г.), церемония состоялась на малой сцене Государственного Кремлёвского дворца. Награды получили более 150 лауреатов в 15 номинациях ("Жемчужины профессии", "Лучшее пациентское сообщество", "Лучший некоммерческий проект", "Лучший волонтер "По зову сердца!", "Династия в онкологии "По зову крови!", "Легенды в онкологии", "Материнское сердце", "Лучший блог», «Дарящие знания и умения" (для госпитальных педагогов) и др.).

 Среди награждённых - директор НМИЦ хирургии имени А. В. Вишневского МЗ РФ академик РАН Амиран Ревишвили, заведующий отделом радиационной онкологии онкодиспансера МЗ Республики Башкортостан Фагим Муфазалов, профессор НМИЦ онкологии им. Н. Н. Блохина Заира Кадагидзе, президент ассоциации "Здравствуй!" Ирина Боровова и др. Как отметил заместитель министра здравоохранения РФ Евгений Камкин, работа онкологической службы была и остается одним из главных приоритетов государства. Премии вручали главные внештатные специалисты МЗ РФ академики РАН Андрей Каприн, Игорь Решетов, Лейла Адамян, член-корр. РАН Наталья Мантурова, а также чиновники, правозащитники, шоумены, спонсоры и т.д. Как и в прошлые годы, объявление лауреатов перемежалось выступлениями звёзд российской эстрады – Ларисы Долиной, Родиона Газманова, Аскара Абдразакова и др. На подтанцовке были юные артисты из детского музыкального театра «Демисолька». Пережившие рак пациентки во главе с Ириной Борововой дефилировали на сцене в модных платья и шляпках.

Пресс-конференция началась с показа 8-минутного фильма «Башня света» -  истории девочки-подростка Полины Прищеп, девять лет назад поступившей в Онкоцентр с лимфомой Ходжкина, а ныне вернувшейся туда детским онкологом в отделении химиотерапии опухолей опорно-двигательного аппарата. Выступая на пресс-конференции, Полина сказала: «Мысли стать врачом до болезни у меня, честно говоря, не было. Я предполагала, что буду поступать в МГИМО и заниматься международными отношениями, но никак не медициной. Но вот, видимо, судьба решила именно таким образом показать мне, в какую сторону нужно двигаться и какой выбор совершить. Поэтому у меня не было ни минуты сомнений. Я знала, что хочу быть детским онкологом ещё с первого курса мединститута. Ходила в студенческий научный кружок. Была безумно счастлива поступить в ординатуру по детской онкологии. Пережитые эмоции, безусловно, дали возможность более глубоко понимать родителей ребёнка, с которыми мы вместе проходим путь».

В состав НМИЦ онкологии им. Н. Н. Блохина входит пять НИИ: клинической онкологии, клинической и экспериментальной радиологии, экспериментальной диагностики и терапии, канцерогенеза, а также детской онкологии и гематологии им. академика РАМН Л.А. Дурнова. Директор последнего НИИ, президент национального общества детских гематологов и онкологов Светлана Варфоломеева отметила, что у нас в стране ежегодно заболевают раком примерно 4,5 тыс. детей, из которых 1,5 тыс. поступают на лечение в Онкоцентр. «Все доступные в мире лекарственные препараты есть в нашем арсенале, мы способны оказывать высокотехнологичную помощь при различных злокачественных новообразованиях», - сказала она. В целом, выживаемость детей составляет более 85% при всех формах рака. Если ещё несколько лет назад тотальное облучение тела при подготовке ребёнка к трансплантации костного мозга было сложной задачей, то сегодня это стало рутинной процедурой. Если в 2019 г. в центре было выполнено 9 трансплантаций костного мозга, то в 2025 г. их стало 246. По словам Светланы Рафаэлевны, «вопрос донорства не является критичным на сегодняшний день: российские регистры увеличивают свою насыщенность, и у нас всё больше и больше доноров из российских регистров».

Каждый третий больной раком нуждается в лучевой терапии. Главный внештатный специалист-радиотерапевт МЗ РФ, заместитель директора по радиологическим методам лечения НИИ клинической онкологии  Марина Черных рассказала, что 95% российских регионов оснащены современным оборудованием для лучевой терапии. Там, где этот вид лечения недоступен, налажена маршрутизация в другие близлежащие крупные онкологические центры. В год проходит по стране 180 тыс. законченных случаев дистанционно-лучевой терапии, из ни 6 тыс. – в Онкоцентре. Однако отмечается дефицит радиотерапевтов и, особенно, медицинских физиков (последних насчитывается 700 человек). Марина Васильевна надеется, что их нехватка будет восполнена за счёт профильных университетов, таких как МФТИ и МГУ. «Мы добились того, что медицинские физики будут приравнены к медицинским работникам», - сообщила она.  На обслуживание одного линейного ускорителя в одну смену нужно два медицинских физика.

«Онкология развивается семимильными шагами, - заявил первый заместитель директора Онкоцентра член-корр. РАН Константин Лактионов, - Даже хирурги становятся мультидисциплинарными. Они стали кооперироваться, работать командами». Сейчас после операции подбирается лекарственное лечение под конкретного пациента. «Каждая опухоль уникальна с биологической точки зрения. С помощью генетического тестирования и углублённых морфологических исследований мы находим слабые точки и учимся её уничтожать», - сказал он. Появились предикторы чувствительности либо резистентности к иммунотерапии и таргетной терапии. В качестве примера трансляции фундаментальной науки в клиническую практику он привёл следующий: раньше биопсийный материал должны были передавать из лаборатории в лабораторию, и он истощался, а сейчас этот материал направляется сразу на секвенирование, что позволяет увидеть все необходимые варианты генетических нарушений и получить биологический паспорт опухоли. С помощью ПЦР можно выявлять опухолевую ДНК в плазме для оценки радикальности хирургического вмешательства: «Хирург говорит: «Я всё, что видел, убрал». Мы берём плазму и видим циркулирующую ДНК опухоли. Если опухоли нет, в течение 12 часов ДНК должна исчезнуть. Если этого не происходит, значит опухоль осталась. А за этим  идёт индивидуализация лечебной тактики. Там, где я циркулирующую ДНК не увижу, пациента отправлю на динамическое наблюдение, а там, где она осталась - это повод для эскалации лечения, например, нужно добавить лекарственную терапию».

Отвечая на вопрос об импортозамещении лекарств и связанными с этими опасениями побочных реакций Константин Константинович отметил, что сейчас успешно используются дженерики.

Болеслав Лихтерман

На снимке (слева направо): С. Варфоломеева, М.Черных, К. Лактионов